Торговая политика и питание в Восточной Европе и Центральной Азии: что в меню?

25 November 2018

Переход ряда стран Восточной Европы и Центральной Азии от плановой экономики к рыночной вместе с ростом доходов привели к коренным изменениям в сельскохозяйственном секторе и пищевой промышленности, что в свою очередь повлияло на рацион питания населения.

Факторы, влияющие на изменения в рационе питания

В то время как за последние десятилетия доля недоедающего населения сократилась в большинстве регионов мира, переход к питанию с высоким содержанием калорий и низким содержанием питательных веществ способствовал распространению проблем избыточного веса и ожирения. Эти проблемы связаны с повышенным потреблением продуктов животноводства, растительных масел, сахара и пищевых полуфабрикатов с низкой питательной ценностью.[1] Ключевыми факторами изменения рациона питания являются рост доходов, урбанизация, либерализация инвестиций, а также технологические достижения в пищевой промышленности.[2] Либерализация внешней торговли также сыграла свою роль. С одной стороны, торговля способствует более стабильным поставкам продуктов питания и снижению цен для потребителей на большой ассортимент продуктов, включая полезные для здоровья продукты. С другой стороны, эти же тенденции способствовали доступу к высококалорийным продуктам с низкой питательной ценностью и возникновению сетей быстрого питания.

Распад Советского Союза и переход от плановых экономик к рыночным в странах Восточной Европы и Центральной Азии, начиная с 1991 г., представляют собой естественный эксперимент для изучения влияния более открытой торговли на рацион питания. Сокращение торговых барьеров, особенно в контексте присоединения большинства стран к ВТО и, для некоторых стран, к ЕС, отразилось на доходах, а также на ценах, количестве, качестве и разнообразии продовольствия, имеющихся на внутренних рынках и, следовательно, на выборе потребителей.

Торговые реформы как важный элемент переходного процесса

Становление новых политических и экономических систем в постсоциалистических странах включало фундаментальные изменения макроэкономической политики, в правах собственности, институтах, экономических отношениях и производственных структурах, что привело к общей открытости экономик и более глубокой интеграции с мировыми рынками. Либерализация торговли и инвестиций стала одной из ключевых составляющих реформ. В странах с плановой экономикой импорт и экспорт контролировались жестко, при этом продукты питания импортировались из ограниченного числа торговых партнеров. Сокращение торговых барьеров и вовлечение частного сектора в торговую деятельность привели к диверсификации источников импорта и облегчению доступа потребителей к более широкому спектру продуктов. Например, в Советском Союзе банан, который является самым продаваемым фруктом во всем мире, был практически недоступен для широкого потребления из-за ограничений в торговле. После открытия торговли Россия стала крупнейшим импортером бананов в мире после США, а потребление этого продукта на душу населения значительно возросло. 

Помимо первоначальных макроэкономических и структурных реформ, присоединение к ВТО и вступление в ЕС некоторых стран также привели к снижению торговых барьеров. Членство в них также способствовало приведению национальных норм в области торговли в соответствие с международными стандартами, что позволило сделать торговлю более предсказуемой и прозрачной и усилить эффект изначальных рыночных реформ. Разумеется, степень и скорость открытости торговли существенно различаются между странами с переходной экономикой. Например, среди бывших советских республик страны Балтии и Кыргызстан открыли свои рынки очень быстро, в то время как другие, такие как Беларусь и Узбекистан, по-прежнему сохраняют значительный государственный контроль за внешней торговлей и сельскохозяйственными рынками.

В переходный период изменения в торговой политике и инвестициях в торговую инфраструктуру привели к снижению издержек, с которыми сталкиваются импортеры и экспортеры сельскохозяйственной продукции, что способствовало усилению участия стран в международных сельскохозяйственных рынках. Эти издержки отражают отрицательный эффект различных барьеров на уровень торговли между странами, охватывая широкий спектр факторов: расстояние; таможенные пошлины; нетарифные барьеры; транспортные расходы и уровень развития логистических систем. Во многих странах торговые барьеры выше для сельскохозяйственных товаров, чем для промышленных товаров, и остаются высокими даже по мере снижения защиты в других секторах.

В период с 1997 по 2015 год все страны региона (за исключением Узбекистана) сократили торговые издержки в сельском хозяйстве (Рисунок 1 - см. PDF версию "Мостов"). При этом большинство стран также увеличили открытость сельскохозяйственной торговли, измеряемую долей такой торговли (импорт и экспорт) в сельскохозяйственной добавленной стоимости. Также значительно выросло число торговых партнеров: например, Грузия на сегодняшний день экспортирует сельскохозяйственную продукцию в свыше 90 стран по сравнению с 44 странами в 1996 г., а импортирует из около 100 стран по сравнению с 60 странами двадцать лет назад.

Изменения в структуре питания

В течение двух десятилетий после начала рыночных реформ во всех странах Европы и Центральной Азии средняя энергетическая ценность питания (измеряемая как общее количество калорий в имеющихся продуктах на душу населения в день) выросла. Наиболее значимый рост наблюдался в странах Южного Кавказа (Азербайджан, Армения и Грузия), а также в Хорватии – в этих странах среднее количество калорий увеличилось более чем на треть в периоды 1993–1995 и 2014–2016 гг. (Рисунок 2 - см. PDF версию "Мостов"). В других странах, например в Беларуси, Болгарии, Венгрии и Украине, энергетическая ценность рациона питания увеличилась лишь незначительно, что возможно объясняется уже высоким уровнем доступности продовольствия в этих странах и до реформ. Как и в других странах мира, рост энергетической ценности потребления прежде всего связан с ростом доходов населения, которые дают возможность потреблять более калорийные продукты.  

Также изменился рацион питания. В целом, зерновые, корнеплоды и клубни составляют значительную часть потребления (выраженном в калориях), но их доля сократилась в течение переходного периода. В 1993–1995 гг. потребители в таких странах, как Казахстан, Россия и Украина, извлекали половину калорий из этой категории продуктов (прежде всего это картофель, каши, хлеб и другие продукты из пшеничной муки), но к 2011–2013 гг. их доля в общем потреблении снизилась до 35–40%. Падение было наиболее выраженным в Казахстане (от 60% от общего количества калорий до 34%). Во многих странах бывшего Советского Союза и Восточной Европы также наблюдалось увеличение доли молочных продуктов, мяса, масел и жиров. В некоторых странах рост относительного потребления масел и жиров был особенно высоким: например, в Беларуси их доля выросла с 6% до 16%. Эти изменения соответствуют глобальной тенденции к большей доли продуктов животноводства и растительных масел в рационе питания, однако в странах с переходной экономикой этот процесс, возможно, был ускорен в связи с быстрым открытием рынков.

Несмотря на рост потребления пищевых продуктов в целом, некоторые проблемы продовольственной безопасности в регионе остаются неразрешенными. Так, в некоторых странах наблюдается дефицит микронутриентов, связанный прежде всего с низким качеством и разнообразием рациона питания у населения с низкими доходами, в котором большую часть составляют продукты с высоким содержанием сахара и жиров. Также серьезной проблемой является избыточное питание населения и особенно быстрый рост распространенности ожирения. Например, в Центральной Азии доля населения, страдающего от ожирения, ниже чем в других странах региона, однако в период с 2000 по 2014 год здесь отмечались самые высокие темпы роста распространенности ожирения (41%).

Что касается наличия фруктов и овощей на внутренних рынках, то в некоторых странах их количество  на душу населения резко увеличилось в период с 1993–1995 гг. по 2013–2016 гг. (например, в Казахстане и Кыргызстане), в то время как в других странах этот показатель остался без изменений или даже снизился (например, в Болгарии и Грузии) до уровня, рекомендуемого Всемирной организацией здравоохранения (400 г/чел/день) (Рисунок 3 - см. PDF версию "Мостов"). Наиболее высокий уровень потребления фруктов и овощей наблюдается в Армении, Албании и Узбекистане.  

Более разнообразный рацион, но не везде

Разнообразие рациона питания считается важным аспектом его качества. Доказано, что потребление широкого ассортимента продуктов способствует получению необходимых микронутриентов[3] и снижает риск недоедания среди детей.[4] Поэтому измерение разнообразия потребительской корзины продовольственных продуктов является важным методологическим вопросом в исследованиях, связанных с питанием. Одним из способов измерения разнообразия является расчет показателей на основе доли калорий различных продуктов в общем объеме потребления, выраженном в калориях. Один такой показатель, который все чаще используется в исследованиях в области питания, – это индекс Шеннона.[5] Чем выше этот показатель, тем разнообразней рацион питания. Показатель равен нулю, когда рацион состоит из одного лишь продукта.

На рисунке 4 показана эволюция этого индекса, рассчитанного на основе средненациональных показателей наличия продуктов питания для отдельных стран Восточной Европы и Центральной Азии, с 1993 по 2013 год. В течение двадцати лет во всех странах увеличилось разнообразие продуктов, имеющихся на внутренних рынках, особенно после 2000 г., когда отмечался быстрый рост доходов населения. В странах, где продуктовая корзина была изначально достаточно разнообразной (это преимущественно восточноевропейские страны, которые сегодня являются членами ЕС), не произошло значительного изменения показателя в рассматриваемый период. С другой стороны, в постсоветских странах, например в Армении и Кыргызстане, выбор продуктов был более ограниченным в начале переходного периода, поэтому произошел значительный рост показателя разнообразия.

Влияние торговли на качество и разнообразие рациона питания

Как уже упоминалось, торговля может положительно повлиять на наличие продуктов питания на рынках, сгладить влияние перепадов в уровне внутреннего производства, а также улучшить доступ населения к этим продуктам. С другой стороны, торговля также влияет на выбор потребителей посредством воздействия на инвестиции в пищевую промышленность и практику маркетинга. В связи с этим некоторые исследования связывают либерализацию торговли с распространением продуктов с низкой питательной ценностью.

Одним из важных каналов, посредством которых торговля влияет на питание, является улучшение доступа населения к более широкому ассортименту продуктов, поскольку импорт дополняет внутреннее производство и насыщает внутренний рынок. Это особенно важно в странах, которые производят ограниченный набор продуктов. Полагаясь только на продукты собственного производства, страны в значительной степени ограничивают выбор потребителя, особенно в те месяцы, когда свежие продукты, такие как фрукты и овощи, недоступны в отдельных агроклиматических зонах. Интересно, что разнообразие совокупных поставок (из собственного производства и импорта) все больше превышает разнообразие внутреннего производства, когда страна с низким доходом переходит в категорию стран с доходами выше среднего уровня, указывая на важный вклад внешней торговли в разнообразие рациона питания по мере роста экономики.[6]

Предварительные результаты исследований показывают, что рост доходов и переход к открытой торговле сыграли определенную роль в расширении ассортимента продуктов питания на внутренних рынках. В своей статье[7] мы показываем, что ВВП на душу населения является важным фактором роста разнообразия продуктов питания, измеряемого индексом Шеннона, и снижения доли зерновых, корнеплодов и клубней в среднем рационе питания стран. Торговые барьеры, в частности издержки на сельскохозяйственную торговлю, также играют определенную роль: более высокие барьеры приводят к снижению разнообразия продуктов на рынке. Это особенно относится к разнообразию фруктов и овощей. Наконец, членство в ВТО, как правило, увеличивает разнообразие рациона питания. Это подтверждает предположение, что либерализация торговли в Восточной Европе и Центральной Азии способствовала улучшению питания посредством дополнения национальных товаров продуктами из других стран, которые не производятся внутри стран или не доступны круглый год.

Торговые меры и питание: извлечение уроков

Хотя увеличение объемов торговли позволяет повысить разнообразие продуктов на внутреннем рынке, это не значит, что качество рациона питания становится лучше. Вопрос о том, является ли расширенный ассортимент результатом большего разнообразия полезных продуктов, таких как фрукты и овощи, или же продуктов с низкой питательной ценностью и высоким содержанием жира и сахара, требует дальнейшего анализа. Кроме того, среднестатистические изменения в наличии продуктов на национальном уровне не показывают полной картины, так как сохраняется значительное неравенство внутри стран в доступе домохозяйств к полезным и качественным продуктам. Тем не менее, поскольку открытость торговли способствует появлению новых разновидностей фруктов и овощей на рынке, снижение тарифных или нетарифных барьеров на эти продукты может быть важной частью стратегии, направленной на повышение качества питания.

Меры политики в этой сфере могли бы включать усилия по содействию торговле, уделяя приоритетное внимание сокращению времени и затрат на пересечение границ для свежих фруктов и овощей, которые, как правило, являются скоропортящимися. Эти продукты также подвергаются правилам санитарного и фитосанитарного контроля, что является важной сферой государственной политики в плане обеспечения здравоохранения и карантина растений. Однако необходимы меры для предотвращения использования этих правил как фактических торговых барьеров. Внедрение положений Соглашения об упрощении процедур торговли ВТО на уровне стран, инвестиции в усовершенствование работы компетентных органов и применение международных стандартов в сфере санитарных и фитосанитарных мер помогут снизить торговые издержки, делая торговлю более прозрачной и эффективной.

Также необходимы действия, направленные на потребителей. Увеличение доходов бедных домохозяйств в сочетании с целенаправленными мерами, такими как информационные кампании, маркировка товаров и, возможно, целевые налоги на вредные для здоровья продовольственные товары, например с повышенным содержанием сахара, могут быть эффективны в улучшении качества рациона питания.

Данная статья подготовлена на основе неопубликованной работы «Торговля и разнообразие рациона питания в Восточной Европе и Центральной Азии», подготовленной Екатериной Кривонос (ФАО) и Леной Кун (IAMO). Автор благодарна коллегам из отдела торговли и рынков ФАО Андрее Циммерманн и Ирине Кобуте за ценные комментарии в процессе подготовки статьи.

 

Екатерина Кривонос – экономист отдела торговли и рынков ФАО, Рим




[1] Popkin, Barry M.; Adair, Linda S.; Ng, Shu Wen (2012): Global nutrition transition and the pandemic of obesity in developing countries. Nutrition reviews 70 (1), pp. 3–21.

[2] Traill, W. Bruce; Mazzocchi, Mario; Shankar, Bhavani; Hallam, David (2014): Importance of government policies and other influences in transforming global diets. Nutrition reviews 72 (9), pp. 591–604.

[3] Foote, Janet A.; Murphy, Suzanne P.; Wilkens, Lynne R.; Basiotis, P. Peter; Carlson, Andrea (2004): Dietary variety increases the probability of nutrient adequacy among adults. The Journal of nutrition 134 (7), pp. 1779–1785
Steyn, N. P.; Nel, J. H.; Nantel, G.; Kennedy, G.; Labadarios, D. (2006): Food variety and dietary diversity scores in children. Are they good indicators of dietary adequacy? Public health nutrition 9 (5), pp. 644–650.

[4] Remans, Roseline; Wood, Stephen A.; Saha, Nilanjana; Anderman, Tal Lee; DeFries, Ruth S. (2014): Measuring nutritional diversity of national food supplies. Global Food Security 3 (3), pp. 174–182.

[5] Индекс Шеннона рассчитывается как , где si – доля продукта i в общем объеме калорий, получаемых из n различных пищевых продуктов.

[6] Remans, Roseline; Wood, Stephen A.; Saha, Nilanjana; Anderman, Tal Lee; DeFries, Ruth S. (2014): Measuring nutritional diversity of national food supplies. Global Food Security 3 (3), pp. 174–182

[7] Krivonos, Ekaterina and Kuhn, Lena. 2018. “Trade and dietary diversity in Eastern Europe and Central Asia”. Неопубликованная работа.

This article is published under
25 November 2018
Мифы о Восточном партнерстве. Европейская комиссия, Брюссель, 2017 Эта публикация, подготовленная Европейской комиссией, дает ответы на наиболее часто встречающиеся вопросы, разъясняя суть и принципы...
Share: 
25 November 2018
Подписание Соглашения об ассоциации и получение безвизового режима для краткосрочных поездок в ЕС – ключевые возможности сближения с ЕС, предлагаемые политикой «Восточного партнерства». Украина...
Share: